По данным правозащитников, с 2020 года более 90 священников в Беларуси подверглись репрессиям. Трое ксендзов признаны политзаключенными. В чем их обвиняют, в каких условиях содержат и что об этом думает Ватикан — в материале DW.
Бывший политзаключенный Андрей Крылов отбывал наказание в Бобруйской колонии. Он вышел на свободу после переговоров американской делегации с Лукашенко. На пресс-конференции в Вильнюсе он больше говорил не о себе, а о других пострадавших: «У нас есть политзаключенные, которые проходят отдельной веткой и их не упоминают, — это ксендзы. Нужно обращаться в Ватикан. Католическую церковь считают польской, поэтому нагрузка на ксендзов сильная».
Правозащитники признали политзаключенными в Беларуси двух католических священников — это Генрих Околотович и Анджей Юхневич, которые уже осуждены и находятся в ИК-2 Бобруйска, и одного монаха — Гжегожа Гавела. Он гражданин Польши, его обвиняют в шпионаже и держат в СИЗО КГБ.
За что осудили ксендзов
Генриху Околотовичу 65 лет, он был священником в Воложине. В ноябре 2023-го ему позвонили с просьбой провести отпевание умершей женщины. Оказалось, это была провокация от силовиков, которые задержали его на кладбище. Во время нахождения в СИЗО Околотовичу не сразу передали теплые вещи и медикаменты, хотя у него серьезные проблемы со здоровьем: перенес инфаркт, удален желудок в связи с онкологическим заболеванием. Католического священника обвинили в «шпионаже в пользу Польши и Ватикана». Сам он, по словам бывших заключенных, которые общались с ним в колонии, называет это «грубой провокацией».
Очевидцы пересказывают его слова: в деле «нет ни слова правды, ни одного факта, обвинение строится на лжи, угрозах и шантаже». Ксендз смог передать на свободу, что из десятков свидетелей, среди которых были чиновники и военные, никто не дал против него «разоблачительных показаний». В материалах дела имеется экспертиза от специалистов из министерства обороны — в обвинении идет речь о передаче секретных сведений на военную тематику.
Ущерб, нанесенный государству, прокуратура оценила в 1 млн евро. Околотович не признал вину, несмотря на давление, которое на него оказывалось. Приговор суда — 11 лет лишения свободы. «Ксендзов сильно гнобят, — говорит бывший политзаключенный Андрей Крылов. — Постоянно приезжают сотрудники КГБ, разными путями уговаривают сотрудничать: оговорить прихожан и других католических священников. Околотович отказался».
Второй осужденный священник — Анджей Юхневич, служил в Шумилино. Весной 2024 года его остановили на дороге и задержали вместе с еще одним ксендзом и прихожанкой. Сначала Юхневичу раз за разом давали «сутки» по «политическим» статьям — за бело-красно-белый флаг и флаг Украины в соцсетях, за ссылки на сайты, признанные «экстремистскими». Правозащитники сообщали, что священника пытали в изоляторе, где он пробыл не менее 55 суток. Сначала его подозревали в «диверсионной деятельности во вред государству», однако в итоге осудили за сексуальные отношения с несовершеннолетним. Суд был закрытым, известно лишь, что вину ксендз не признал. Приговор — 13 лет лишения свободы.
Какие условия в колонии, где находятся священники
Как сообщают бывшие политзаключенные, Анджей Юхневич отбывает наказание в «низком статусе», который в большинстве случаев автоматически присваивается осужденным за сексуальные преступления. Администрация исправительных учреждений не только не борется с такой практикой, но сама ее поощряет. Какие условия у таких осужденных в Бобруйске?
«Обращаться он может только к людям с таким же статусом — это человек 7−8 в отряде, а всего около ста на колонию, — поясняет бывший политзаключенный, который также был в ИК-2. — Если обычный заключенный сам к нему обратится, он может ответить, но такие случаи единичны: все боятся, чтобы их не перевели в „низкий“ статус, поэтому обычно не рискуют. Физического и сексуального насилия нет, но психологически прессуют. Всю грязную работу выполняют люди с „низким статусом“ — убирают туалеты, территорию. В столовой они сидят за отдельными столами, у них отдельная посуда, которую моет тоже кто-то из „низкого статуса“, остальные даже не прикасаются».
В Бобруйской колонии есть только православная церковь, но, по словам собеседника, вход для «низкого статуса» туда запрещен, а с недавнего времени туда перестали пускать и политзаключенных. В качестве альтернативы есть богослужения протестантов, которые проходят по онлайн-связи в клубе. Для католиков отдельных служб нет.
«С такими статьями, как у Юхневича, у него не было шанса не попасть в „низкий статус“, — объясняет бывший политзаключенный. — Если бы он отказался принимать его, вообще бы жил в полной изоляции, с ним бы никто не общался. В Бобруйске был один такой заключенный, на полгода его хватило, а потом он смирился и признал „низкий“ статус, чтобы хоть с кем-то поговорить».
Генрих Околотович в колонии не работает, так как по возрасту уже пенсионер. У него есть возможность обращаться за помощью в медчасть. Письма от верующих, в нарушение закона, ему не передают. Как и другие политзаключенные, он может переписываться только с близкими родственниками.
По информации Katolik.life, апостольский нунций в Беларуси и витебский епископ приезжали в Бобруйскую колонию, но им не разрешили встретиться с осужденными священниками.
Что по этому поводу думает Ватикан
Межконфессиональная группа «Христианское видение» подсчитала, что с 2020 года более 90 беларусских священников разных христианских конфессий подверглись репрессиям, среди них 35 — католики. Официально католическая церковь ни в Беларуси, ни в Польше, ни в Ватикане не комментировала политическое преследование своих священников.
Польское правительство назвало арест монаха Гжегожа Гавела «явной провокацией» со стороны режима Лукашенко, президент Польши Кароль Навроцкий заявил, что он поднимал вопросы о задержанных католических священнослужителях в ходе недавних переговоров в Ватикане.
Редакция DW направила запрос в пресс-службу Святого престола, спросив, известно ли руководству церкви о провокациях и пытках, которым подвергают ксендзов, и ведет ли оно переговоры с Минском об их освобождении. Вот какой ответ мы получили: «Святой престол внимательно следит за ситуацией церкви в Беларуси и выражает свою духовную близость верующим и священникам. На данный момент у нас нет дополнительных комментариев».
Это не первый случай преследования католических священников в Беларуси. В 2013 году был задержан ксендз Владислав Лазарь по обвинению в соучастии в шпионаже. Папа Римский Франциск выражал обеспокоенность его судьбой. Митрополит Минско-Могилевский архиепископ Тадеуш Кондрусевич призывал молиться за счастливое разрешение ситуации. Через полгода Лазаря отпустили под подписку о невыезде, из СИЗО КГБ его забирал Апостольский нунций Клаудио Гуджеротти. Позже дело было закрыто. Сейчас Гуджеротти возглавляет управление по делам Восточных Церквей в Ватикане, 26 октября ожидается его визит в Беларусь.