Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Беларуска назвала свою пенсию после 37 лет работы и попросила других поделиться цифрами. Суммы заметно отличаются
  2. Власти продали арестованную квартиру известного экономиста по нетипичной схеме
  3. Пропагандист заявил, что 196 политзаключенных, об освобождении которых ранее не было известно, уже на свободе
  4. Возле Дроздов в Минске есть секретная многоэтажка — информации о ней минимум. Но всплыли данные об одной из квартир
  5. «В Минске зарплаты по 3000? Нет, вот вам реалии». Беларуска показала расчетник водителя госпредприятия за май и удивила Threads
  6. Без Трампа, но с крупной победой. Сборная США ярко стартовала на домашнем чемпионате мира
  7. На авторынке «умирает» один из дилеров
  8. Можно ли внезапно умереть от испуга, плохих новостей или сильного стресса — рассказываем
  9. Беларусь получила щедрый «подарок» из-за границы — его масштабы впечатляют. Но такие «презенты» несут риски для нашей страны
  10. «Мы отрежем Крым от России». Командующий Силами беспилотных систем Украины Бровди о стратегии ударов
  11. «Меньше кофе надо было пить, не напьетесь вы этого кофе вечно». Беларуску оставил на заправке рейсовый автобус — кто прав


"Вот Так"

Как минимум 27 945 иностранных граждан Россия завербовала в свою армию для участия в войне против Украины. Такие данные «Вот Так» предоставил проект «Хочу жить». За этой цифрой — реальные истории людей, которых заманивали в Россию обещаниями учебы, работы и легального заработка, а затем — нередко через обман, давление и пытки — отправляли на фронт. «Вот Так» поговорил с родственниками граждан Индии и Ирака, а также с адвокатами, и выяснил, как иностранцы оказались втянуты в войну против Украины и есть ли у них шанс вернуться на родину.

Фото: Reuters
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

«Он очень скромный и умный парень»

«Я не могу доверять России, потому что ее правительство подвергло моего сына опасности. Мы, индийцы, доверяли, но нас предали. Многие наши дети погибли на войне», — с отчаянием говорит Хасина Маджоти в разговоре с «Вот Так».

Ее единственный 23-летний сын Сахил мечтал о карьере и хорошей жизни, но оказался в российской тюрьме, после — на войне против Украины, а затем — в плену.

Сахил Маджоти родом из города Морби на западе Индии с населением около 200 тысяч человек. Хасина показывает его школьные фотографии. Практически на всех кадрах в руках у Сахила кубки и награды. На одной — сразу две.

«Это Сахил занял первое место по общеобразовательным предметам и по истории Индии. Он очень скромный и умный парень», — делится Хасина.

Она рассказывает, что развелась с отцом Сахила, когда тот еще не родился, и с тех пор растила сына вместе со своими родителями и братом. По словам Хасины, Сахил вырос хорошим и добрым человеком. После окончания школы он решил поступать в высшее учебное заведение — выбор пал на Россию.

9 января 2024 года Сахил уехал учиться в Санкт-Петербург на инженера в ИТМО (Институт точной механики и оптики, один из ведущих российских университетов, где готовят специалистов IT-отрасли. — Ред.) По словам его матери, «учеба в России стоит недорого, а после окончания есть шанс получить работу в крупной индийской компании».

«Многие индийские студенты едут в Россию учиться. Я поддержала его. Мы с сыном были счастливы», — рассказывает «Вот Так» Хасина Маджоти.

Подработка, перевернувшая жизнь

По приезде в Россию юноша решил найти подработку, которую он смог бы совмещать с учебой. Как он позже рассказал своему адвокату в видео, опубликованном украинским проектом «Хочу жить», в Telegram он нашел вакансию курьера на неполный день, развозил обычные посылки — еду и документы.

«Через два дня [работодатели] прислали координаты. Я спросил: „Что это? Почему координаты?“ Они ответили: „Следуй по координатам“. Но там ничего не было: ни ресторана, ни офиса или магазина. Они сказали, что там будет дерево, внутри которого я найду пакетик. Сказали, что это наркотики и что я работаю как наркокурьер: буду делать „закладки“. Тогда я не знал, что это означает», — рассказал Сахил.

Что произошло дальше, в разговоре не уточняется. Известно лишь, что история с «подработкой» закончилась для Сахила уголовным делом: индийца приговорили к семи годам лишения свободы по наркотической статье, однако ни его адвокат, ни мать не знают, по какой именно.

В УК РФ есть ст. 228 — «Незаконное приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов, а также незаконное приобретение, хранение растений, содержащих наркотические вещества». Наказание нашего героя — семи лет лишения свободы — подходит по ч. 2 этой статьи за хранение наркотиков в крупном размере.

Давление и попытки выйти из ситуации

«[Силовики] ему сказали, что если он возьмет российское гражданство, то ему дадут квартиру в России, государственную работу, возможность жениться на русской девушке и остаться жить в России. Ему даже пообещали сократить срок», — отмечает Хасина и добавляет, что когда об этом узнала, то начала отговаривать сына.

«Сказала ему, что нам не нужно российское гражданство, мы индийцы и нам хорошо в Индии, и что мы пытаемся добиться его депортации на родину».

В надежде спасти сына Хасина нашла в интернете некоего частного адвоката, который, по ее словам, взял деньги и исчез, ни разу не встретившись с Сахилом. Позже с ней связался неизвестный человек из России и потребовал 10 млн рупий (более 105 тыс. долларов) за встречу с сыном в Индии. Для Хасины эта сумма оказалась неподъемной, и она отказалась платить. После этого матери Сахила начали писать оскорбления. Она обратилась в полицию и посольство Индии в России. Женщине ничем не помогли, лишь заявили, что это мошенник и посоветовали заблокировать номер.

Пока Хасина пыталась помочь Сахилу, в местах лишения свободы на ее сына давили: «Его пытали, ему угрожали и заставили подписать документы, после чего он оказался в российской армии».

«Сахил вообще ничего не знал про армию. Он даже никогда не видел оружие, не то что умел им пользоваться», — говорит Хасина.

Вот как сам Сахил, находясь в плену в Украине, во время встречи со своим адвокатом Дипой Джозеф рассказывал, как попал на фронт:

«Когда я подписывал документы, у меня спросили, кем я хочу быть. Я выбрал дроны и работу механика, поскольку учился на инженера».

Уже в учебной части ему объяснили, что реальность будет другой: формально он числится оператором дронов, однако все равно попадет на передовую. На вопрос своего защитника, подписывал ли он документы добровольно, он ответил, что его обманули.

Сахил во время жизни в Индии и в украинском плену. Коллаж: «Вот Так»
Сахил во время жизни в Индии и в украинском плену. Коллаж: «Вот Так»

Контракт и отправка на фронт

В другом видео пленный из Индии пояснил, что не хотел оставаться в российской тюрьме, поэтому подписал контракт с Минобороны РФ и, по его словам, планировал бежать.

«Кто-то обещал [за подписание контракта или зарплату] 100 тысяч рублей, кто-то — полмиллиона, кто-то — полтора миллиона. Но мне ничего не дали. Короче, все обманщики там», — говорит Сахил Маджоти.

По его словам, в сентябре 2025 года его отправили на полигон, где научили обращаться с автоматом и бросать гранату. Обучение продлилось 16 дней. Уже 30 сентября его отправили в Украину.

«На следующий день командир спросил: „Ты готов?“ Нас было трое. Мы пошли на задание — прошли около трех с половиной километров и должны были копать блиндаж. Я сказал, что больше не могу — сильно устал, болели ноги и сердце. У нас произошел конфликт с командиром», — пояснил индиец.

После этого, по словам Сахила, у него забрали рацию. Он решил бежать и, преодолев около двух километров, вышел к блиндажу украинских военных. «Сразу положил автомат и сказал: „Я не хочу воевать, мне нужна помощь“», — вспоминает мужчина. Он заявил, что на фронте находился всего третий день и никого не убивал.

«Я больна раком, у меня нет никого, кроме него»

«Когда я узнала, что Сахил находится в Украине и что российское правительство отправило его в армию, я потеряла сознание от этой новости. Меня отвезли в больницу. Я больна раком, у меня нет никого, кроме него. Я живу только ради сына… Если с ним что-то случится, я тоже умру», — еле сдерживает эмоции Хасина.

По словам матери военнопленного из Индии, «украинское правительство хорошо о нем заботится: кормит, оказывает поддержку, организует видеозвонки и передает письма. Жалоб на здоровье у него нет».

Сам Сахил просит власти Индии не отдавать его в Россию и помочь вернуться на родину. Его интересы представляет адвокат Дипа Джозеф. В разговоре с «Вот Так» она рассказала, что подключилась к делу в 2024 году после обращения матери Сахила и с тех пор сопровождает индийца как юрист и доверенное лицо.

Лично встретиться с Сахилом ей удалось только спустя почти два года — в январе 2026-го, уже в Украине, в лагере для военнопленных.

«Сахил находился в стабильном состоянии и получал базовую медицинскую помощь. Его единственная просьба — вернуться в Индию и воссоединиться с матерью», — поясняет «Вот Так» Дипа Джозеф.

Адвокат говорит, что дело Сахила одновременно рассматривается сразу на нескольких уровнях — в судах и через дипломатические каналы. Дипа Джозеф вместе с коллегами подала петицию в Высокий суд Дели, требуя обеспечить безопасное возвращение Сахила из Украины в Индию: «Она основана на том, что он гражданин Индии, а государство обязано его защищать и содействовать возвращению».

Отдельное обращение направлено и в Офис президента Украины с просьбой рассмотреть возможность прямой репатриации.

К процессу, по словам Джозеф, подключены и индийские структуры: Министерство иностранных дел и посольство в Киеве. При этом, как она отмечает, финальное решение зависит от дипломатических договоренностей — «прежде всего между Украиной и Индией».

«Со своей стороны я предприняла все возможные юридические и гуманитарные шаги», — подчеркивает адвокат.

Более 200 граждан Индии отправили на войну

Сахил Маджоти — не единственный индиец, кто оказался в жерновах российской системы, а после на войне. По данным МИД Индии, в ряды армии РФ завербовали более 200 граждан страны.

Летом 2025 года индиец Анкит из штата Харьяна записал видео вместе с четырьмя выжившими соотечественниками. Мужчины в одежде военного покроя находятся в темном помещении, похожем на блиндаж.

Анкит рассказывает, как вместе с друзьями приехал в Москву в поисках работы: им обещали вакансии водителей и стабильный заработок. Однако реальность оказалась другой. По словам мужчины, у них забрали документы и предложили подписать контракты (с Минобороны России. — Ред.) на русском языке. Не до конца понимая содержание, индийцы их подписали и вскоре оказались в составе штурмовых подразделений ВС РФ.

Уже на полигоне, когда часть новобранцев попыталась отказаться, им дали понять: выбора нет — либо участие в боевых действиях, либо расстрел. После нескольких дней подготовки группу отправили на фронт. Из примерно 20 человек, как утверждает Анкит, выжили лишь шестеро. Они записали видеообращение к премьер-министру Индии с просьбой о помощи и эвакуации.

Весной 2026 года появилось новое видео. На нем присутствует Анкит. Но к тому моменту он уже вернулся домой — в цинковом гробу.

Семьи 26 граждан Индии подали иск в Верховный суд страны с требованием вернуть своих родственников, которые оказались втянуты в войну против Украины.

В ответ индийское правительство заявило, что часть из них подписала контракты добровольно. Власти также указали, что к подписанию контрактов людей нередко подталкивают посредники и агенты. Всего, по официальным данным, через таких посредников в Россию выехали около 215 граждан Индии.

«Мы уважаем Россию»

Адвокат Ритвик Бханот, который представляет интересы семей в Верховном суде Индии, в разговоре с «Вот Так» отмечает, что главная проблема — отсутствие реакции со стороны властей страны. По его словам, семьи обратились в Верховный суд, так как «не находятся на связи с индийскими властями» и не получают никаких четких инструкций.

Он поясняет, что суть петиции — обязать Министерство иностранных дел Индии объяснить гражданам, какие у них есть варианты выхода из этой ситуации.

«При этом требования семей предельно конкретны: „Пожалуйста, верните нам тела“», — добавляет Ритвик Бханот.

Адвокат считает, что многие оказались в России в результате обмана со стороны индийских агентов, которые обещали работу, но отправили людей на войну.

«Никто из них — ни погибшие, ни пострадавшие, которые застряли там, — не хотел участвовать в войне. Мы ни в чем не обвиняем россиян. Мы обвиняем агентов в мошенничестве, наших людей, граждан Индии», — подчеркивает он.

По его словам, Верховный суд Индии уже принял дело к рассмотрению и запросил у правительства страны официальный отчет о судьбе всех заявителей.

«Мы постоянно пишем властям, но не получаем ответа. В этом и заключается наша проблема, поэтому мы и обратились в суд», — говорит он.

А вот российская сторона, как считает Бханот, напротив, проявляет готовность к взаимодействию: «Мы уважаем Россию, они сотрудничают с нами и там очень хотят нам помочь». О каком именно сотрудничестве идет речь, адвокат не уточнил.

Весной 2024 года Индийское центральное бюро расследований (CBI) сообщило о раскрытии крупной сети торговли людьми, которая обманом отправляла молодых граждан Индии в Россию.

Людям обещали работу, учебу или легальное трудоустройство, включая «помощь в армии» или поступление в частные университеты, а также облегченные визовые условия. Через социальные сети и местных посредников жертв вербовали в нескольких регионах страны.

По информации CBI, у части прибывших отбирали паспорта, после чего проводили с ними военную подготовку и отправляли на фронт. Следователям известно о десятках таких случаев. Четверых вербовщиков — все они граждане Индии — арестовали.

Летом того же года премьер-министр Индии Нарендра Моди во время визита в Москву попросил Владимира Путина досрочно освободить завербованных граждан Индии. Как отчитался МИД страны в конце 2025 года, 119 человек уже освободили. При этом, по данным российской стороны, как минимум 26 индийцев погибли, еще семеро числятся пропавшими без вести.

Уехал учиться — и пропал на войне

Как рассказали «Вот Так» представители проекта «Хочу жить», Украине известно как минимум о 27 945 иностранных гражданах, которых Россия завербовала в свою армию.

Только в 2025 году в рядах ВС РФ оказались сотни выходцев из арабских стран, Африки и Ближнего Востока — всего известно о 1442 таких людях.

Один из них — 32-летний гражданин Ирака Али Салман. Более полугода его семья не знает, где он и что с ним. Как рассказывает «Вот Так» Хуссейн, брат Али, мужчина поехал учиться в Россию, но оказался на войне против Украины.

Али Салман во время жизни в Ираке и рядах ВС РФ. Коллаж: «Вот Так"
Али Салман во время жизни в Ираке и рядах ВС РФ. Коллаж: «Вот Так»

«Летом 2025 года Али нашел в телеграм-канале объявление о курсах в России. С ним связался посредник — сириец по имени Бахджат, который пообещал, что тот сможет учиться и параллельно работать переводчиком за 2,5 тысячи долларов. Али свободно говорил по-английски, это выглядело как реальный шанс начать новую жизнь», — поясняет «Вот Так» брат Али Салмана.

В сентябре 2025 года Али прилетел в Москву. Он впервые оказался в России. В аэропорту его встретил Бахджат — у семьи сохранилось видео этой встречи. После чего мужчину отправили на недельную подготовку, а после на фронт — в штурмовое подразделение.

12 сентября в телеграм-канале «Штурмовик» опубликовали видео с подписью «Поддержим героев». На кадрах мужчины с вещами находятся возле синего здания, обозначенного как казарма. Судя по всему, это один из объектов воинской части или учебного центра, где военнослужащих размещают перед дальнейшим распределением. На видео в первом ряду виден Али.

«Он никогда не держал оружие — и вдруг оказался на передовой», — говорит Хуссейн.

По его информации, брата распределили в воинскую часть 54 682 в Курской области. В конце ноября 2025 года Али вышел на связь в последний раз. Тогда, как утверждает семья, он находился в районе Купянска — на одном из самых активных участков боевых действий. После этого никаких новостей от мужчины не было.

Бахджат Аль-Хассан. Коллаж: «Вот Так»
Бахджат Аль-Хассан. Коллаж: «Вот Так»

«Али был обычным человеком — спокойным, добрым, очень привязанным к семье и думал о том, как улучшить жизнь близких. У него никогда не было цели ехать на войну, он искал возможность учиться и работать. Он был убежден, что едет как студент, у него даже виза была студенческая», — поясняет Хуссейн в разговоре с «Вот Так».

«Жертва вербовки». Как иракцы оказываются на войне против Украины

Брат Али Салмана считает, что его родственник стал жертвой схемы вербовки. По его словам, за ней стоят посредники, связанные с группами в Ираке и координируемые тем же Бахджатом.

В утечках российских баз данных «Вот Так» обнаружила, что Бахджат Аль-Хассан имеет двойное гражданство — сирийское и российское, которое получил в 2017 году. На него с 31 января 2023 года зарегистрирована компания ООО «Бахифрукт», основной вид деятельности — оптовая торговля фруктами и овощами. В контактах он подписан в том числе как «переводчик с арабского», «призыв/вербовка русский», «Arm Russia», «Россия военный», «виза в Россию».

Кроме того, к его номеру телефона привязан телеграм-канал «Россия — друг. Как друзья России, мы приветствуем Колумбию, Перу и Сальвадор. Добро пожаловать в российскую армию». Его координаты отправил редакции «Вот Так» Хуссейн. По его словам, именно там Али нашел работу. На канал подписано более 7,5 тысячи человек. В канале помимо видео с видами Москвы, аэропорта и Z-картинок с Путиным опубликованы объявления о вербовке на войну на арабском языке.

Рекрутам обещают единовременный бонус в размере 3 тыс. долларов и ежемесячную выплату до 2,8 тыс. долларов. Это значительные деньги для граждан Ирака, если учитывать, что средняя официальная зарплата в стране составляет около 570 долларов. Такие цифры опубликованы в Numeо — онлайн-базе, куда пользователи добавляют информацию о ценах и уровне жизни в разных странах.

«Мы поможем перевести деньги в Ирак безопасным и гарантированным способом. Услуга встречи в аэропорту России и все необходимые шаги для вашего заезда и до присоединения к армии», — отмечается в постах о вербовке.

Для связи указан личный номер телефона, который совпадает с номером Бахджата, однако в контактах он подписан как Ильнур. Мы написали на этот номер и обратились к собеседнику как к Бахджату — он не стал нас исправлять и не уточнил свое имя.

В переписке собеседник подтвердил, что занимается набором на службу по контракту для участия в так называемой СВО. Варианты гражданской работы он не рассматривал и предлагал только контрактную службу. На дальнейшие вопросы рекрутер не ответил, сославшись на занятость.

Вербовка через TikTok

По данным проекта «Хочу жить», число граждан Ирака, подписавших контракты с российской армией, за последние годы резко выросло: в 2023 году их было пять, в 2024-м — уже 60, а в 2025 году — 255 человек.

В целом, как отмечают в проекте, речь не идет об идеологическом выборе. Большинство граждан арабских стран, по их данным, не едут воевать за Россию сознательно: это либо попытка заработать, либо результат обмана, когда людям обещают гражданскую работу, но обманом отправляют на войну.

Обращения о пропавших без вести гражданах Ирака поступают в том числе в чат-бот проекта «Хочу найти». Ищут молодых людей: в основном 2000-х годов рождения, а также несколько человек 1990-х годов.

Проект «Хочу найти» помогает родственникам получать информацию о военнослужащих РФ в украинском плену и добиваться их возвращения в рамках обмена военнопленными.

«Родственники, как правило, очень мало знают о том, в каком подразделении они воевали. Связь со многими терялась либо после полигона, либо уже на территории Украины, в основном в районах Купянска и Бахмута. Все иракцы, которые находятся в Украине как военнопленные, были также взяты в плен в районе Купянска», — отмечает представитель «Хочу найти» Александр Семенцов.

По его словам, один из иракских военнопленных рассказал, что нашел объявление о высокооплачиваемой гражданской работе в России в TikTok. Мужчина откликнулся на него, после чего с ним связался человек, представившийся русским именем. Он дал инструкции по въезду в Россию и уточнил, знает ли он других соотечественников, ищущих работу — завербованный привел с собой еще троих.

«Когда они прибыли в Россию, их поселили в квартире и пообещали, что они скоро начнут работать. Однако несколько недель им рассказывали, что вакансий нет и им подбирают новую работу. На следующий день после истечения срока их виз в квартиру пришли российские полицейские, задержали их и обвинили в нарушении миграционного законодательства», — говорит Семенцов.

Иракцам предложили на выбор: либо до семи лет лишения свободы, либо подписание контракта с российской армией с выплатами. Все четверо согласились подписать контракт. В итоге один из них попал в плен, двое погибли, еще один числится пропавшим без вести.

«Мы просто хотим знать: где Али?»

В начале этого года правительство Ирака создало специальную комиссию, которая займется расследованием и предотвращением вербовки иракцев для участия в войне против Украины. Об этом стало известно по итогам встречи временного поверенного в делах Ирака в Украине Тарека Казема с секретарем Координационного штаба по вопросам обращения с военнопленными Дмитрием Усовым.

По словам иракского дипломата, Багдад обеспокоен тем, что граждане страны оказываются в рядах российской армии. Планируется, что комиссия в координации с Верховным судебным советом Ирака системно займется этой проблемой. В стране, по словам Казема, наемничество считается тяжким преступлением и наказание за него предусмотрено вплоть до пожизненного заключения.

Редакция «Вот Так» отправила запрос в посольство Ирака в Украине с просьбой уточнить детали о работе комиссии, но на момент публикации материала ответа не получила.

Семья Али Салмана пыталась выяснить судьбу родственника через разные ведомства. По словам Хуссейна Салмана, родственники обращались в Международный комитет Красного Креста, в МИД Ирака, а также в прокуратуру Москвы и военную прокуратуру России.

Ответ пришел только из посольства в Москве. В нем сообщалось, что Али Салман считается пропавшим без вести (документ есть в распоряжении редакции «Вот Так»).

«Самое тяжелое — это не знать правду», — признается Хуссейн. В мае он собирается полететь в Россию, чтобы лично обратиться в Министерство обороны РФ: «Мы просто хотим знать: где Али?»